Наша жизнь

Главная Курск Преодоление Соловьиные ночи
template ."/tools.php");?>

Соловьиные ночи PDF Печать E-mail
Оценка пользователей: / 19
ПлохоОтлично 

на фото занятия в Курском музыкальном колледже слепых

Курск.com. – 2009. - № 7. – С. 72 - 77.

 Как выяснил, любовь курян к шансону сродни родовой травме: в 70-х годах город подарил стране настоящую легенду жанра – ансамбль слепых музыкантов «Курские соловьи». Итак, работают все магнитофоны страны, идет трансляция по «Голосу Америки»… 

…так часто наезжал на шансон, что, кажется, настала пора рассказать о нем и что-нибудь хорошее. Благодаря юбилею Курского музыкального колледжа-интерната для слепых, сделать это будет несложно. В нынешнем году исполнилось 55 лет этому уникальному заведению - такого больше нет нигде ни в России, ни на всем постсоветском пространстве. Именно поэтому здесь живут и учатся самые талантливые ребята со слабым зрением не только из самых разных уголков страны, но и из республик бывшего Союза. Возможно, кто-то вспомнит еще о законе компенсации, наделяющем незрячих великолепным слухом, в том числе музыкальным. Кто-то еще заметит, что педагоги здесь подобрались отменные. Ни с теми, ни с другими, ни с третьими мы спорить не станем. Потому что, наверное, все так и есть. Но главное известно точно. На такой благодатной почве взрастали настоящие музыкальные легенды. Здесь работал уникальный парень с потрясающей музыкальной памятью Рафиль Минеев, написавший заставки для телепрограмм ОРТ и ВИДа. Здесь на досуге сочиняла песни для Александра Серова его поклонница Гульнара Каримова, которая, приезжая сегодня из Москвы, иногда играет на саксофоне в курских переходах. Наконец, здесь полуподпольно, приняв на грудь для вдохновения, по вечерам на бобинник писал свои магнитоальбомы ансамбль «Курские соловьи». Самим «соловьям» в то время было по 17-20 лет. А благодаря тому, что приехали они из разных городов, после студенческих каникул 1973-74 годов их песни зазвучали почти на всех магнитофонах страны. Впрочем, не только магнитофонах, и не только страны. «Слепых» (а именно так еще, зная об истории записей, называли в народе подпольный ВИА) крутили даже на волнах «Голоса Америки». Пик славы. Возможно, главная статья экспорта этого государства слепых. Одна из глав его длинной истории. Истории целого мира со своими законами, трудовыми династиями, романами и свадьбами, любовью и расставаниями. А значит, и наш сюжет не столько о шансоне.

 Какое время, такие песни

 1970 год. Потом это время назовут началом эпохи застоя. Тогда его называли периодом развитого социализма. Во время праздников на столах горожан уже появилась колбаса. Но в канун торжеств этими вареными и копчеными деликатесами сперва пропахивал поезд «Курский соловей» - другой возможности купить палку «Докторской», кроме как отстояв очередь в московском гастрономе, не было. С конвейера Горьковского автозавода впервые сходит представительская двадцать четвертая «Волга». Но для простых  курян  и  демократичный «Москвич» остается пределом мечтаний. На ЦТ - первая ласточка советской дольче-вита - программа «А ну-ка, девушки!». А в кресло министра культуры тем временем опускается железная Екатерина Фурцева - для жителей Курской области, впрочем, особый повод для гордости. Именно здесь ревнитель советской идеологии делала первые шаги по лестнице партийной карьеры.

Эпоха просыпающихся желаний и порционных возможностей. Курск, как и вся страна, встречает аплодисментами партсобраний пафосные речи по случаю столетия Ленина и вполголоса уже в прокуренных квартирах обсуждает присуждение Нобелевской премии Солженицыну. Одни слова для кухонь, другие для улиц. Студенческие общаги тех времен порой превращались в стихийные кружки осторожничающих  диссидентов.   Под стакан «Кавказа» здесь переписывали «Битлов», копировали самиздатовские брошюры. Воспитанники музучилища для слепых собирались по вечерам с инструментами, чтобы поиграть любимые песни. Совсем не те, что разучивали на занятиях, и даже не те, что звучали с эстрады. Пели народные, в том числе дворовые. Пели так, в той манере, как это делали в тех городах, откуда приехали студенты. Так и получилось, что «Курские соловьи» заговорили с интонациями алтайского паренька с немецкой фамилией. В 1970 году на отделение баянистов поступил Александр Михель, который, по его же словам, и предложил сокурсникам декабрьским вечером 1972 года записать на бобинный магнитофон свои любимые песни.

 Бобина на память.

 Саша Михель появился на свет в маленьком алтайском поселке абсолютно здоровым ребенком. Но с врачами в послевоенной глубинке было глухо, и, когда малышу исполнился год, лекарство в глаза ребенку взялся закапывать ветеринар. Капли, к несчастью, оказались «какие-то не те», и Саша потерял зрение. Тут, конечно, вновь будет уместно вспомнить о законе компенсации: потеря зрения компенсировалась удивительными музыкальными способностями. Но, пожалуй, в его семье иначе и быть не могло. Мама хорошо играла на гитаре, папа - на гармони, оба отлично пели. А освоить впервые баян ребенку помог дедушка, немец по национальности, который, как это ни удивительно, тоже потерял зрение по роковой случайности в трудармии.

В 1959 году мальчик пошел в школу для незрячих детей, где благодаря учителям, супругам Чеченцовым, уже всерьез увлекся музыкой. К получению аттестата Александр уже не только сам был прекрасным мультиинструменталистом, но и знал, как организовать ансамбль, как работать с хором. Однако без специализированного образования на работу брать его никто не хотел. И начинающий музыкант уезжает за дипломом в далекий Курск, в единственное училище для слепых.

Когда спустя два года после поступления Александр предложил друзьям записать бобину на память с любимыми песнями, о создании ансамбля никто всерьез не задумывался.

Просто в тот вечер комната номер 16 на третьем этаже общаги на улице Карла Маркса была свободна. Под рукой был магнитофон, ревербератор, что-то выпить, - и дело пошло. Запись умудрились сделать уже через час. Через сутки ее слушало уже все общежитие. Через несколько месяцев копии разошлись по Курску. Наконец, чуть позже, когда ребята разъехались на каникулы, бобины распространились и по стране. Название «Курские соловьи» появилось на коробке с пленкой как-то даже само собой, особенно голову над ним не ломали. Просто Курск стал городом, который объединил ребят из разных уголков Союза. Устойчивей бренда, чем «Курские соловьи», здесь тогда (как, впрочем, наверное, и сейчас) не было. К тому же для певцов оно было вроде как и подходящим. Непритязательных слушателей лишними витиеватыми ассоциациями оно не перегружало. Более того, часть записей и вовсе распространилась под еще более упрощенным названием - «Слепые»: история происхождения этой пленки передавалась от слушателя к слушателю так же бережно, как и сама бобина. А уж магнитоальбом пришелся по душе и вкусу советским гражданам как нельзя больше. На волне спроса и пойманного куража чуть позже «Соловьи» сделали еще две записи.

 Расстрельный текст

 Шансоном в те честные времена считали только песни французских исполнителей Азнавура, Леграна, чуть позже Дассена... Не клеили этот ярлык на бардов - их стихи под гитару именовались авторской песней. «Курские соловьи» пошли своей, доныне непроторенной жанровой дорогой. Они записывали дворовую лирику - «Плачет девушка в автомате», «И зазвонят опять колокола». Но сыграны эти песни были впервые не под расстроенную шестиструнку в кругу подъездной компании, а в сопровождении полноценного ансамбля - с электрогитарой, бас-гитарой, саксофоном и... баяном - куда ж без него? Так что и Женя Осин, и Владимир Маркин стали лишь последователями курских музыкантов, да и то намного позже. Правда, «Соловьи» впитали весь спектр дворового репертуара, а здесь без блатной песни не обходилось никогда. Впрочем, по тем временам это больше ассоциировалось не с уголовным творчеством, а, скорее, с диссидентством. Большая часть этих опусов ушли в народ еще со времен гулаговских политзеков. Говорят, пели даже «Товарищ Сталин, вы большой ученый...» Юза Алешковского. Порой не обходилось и без мата. Так что к записям допускались не просто однокурсники, а, скорее, преданные друзья. Дело, в случае чего, могло обернуться и уголовным преследованием.

А уж если песню, практически, не скрываясь, написал еще и курянин - обвинение в идеологической диверсии могли пришить и исполнителям, и авторам. А это дело серьезное. И тем удивительнее даже сегодня выглядит история с песней «Случай в Курске», которую написал педагог самого училища, преподаватель баяна Иван Холявченко - также незрячий и также наделенный даром, даром композитора и поэта.

Случай в Курске

(слова Ивана Холявченко, 1968 год. Расшифровка записи [com.])

 Необычным событием в утренний час

Был наш город недавно отмечен –

Здесь под Курском у нас

Два солдата в запас

Собирались идти через месяц.

 Сумасшедший мираж

Или прочая блажь

Налетела на них на обоих -

Отпилили приклад,

чтоб стащить автомат,

Взяли нож, пистолет и патроны.

 Что ж тут думать - решать!

Надо в город бежать

(Это было сравнительно близко).

Вот уж рядом вокзал,

Надо сделать привал,

Отдохнуть от волнений и риска.

 Есть на площади дом,

А внизу гастроном,

Взяли все, что душа пожелала.

Тащат целый багаж

На четвертый этаж,

Там знакомая их поджидала.

 У знакомой - квартира,

В квартире - семья,

Наплевать на семью, на квартиру:

До утра водку пьют, и пристойный уют,

И рехнулись в угаре от кира.

 Страсть не в силах сдержать...

Никому не понять,

Что за страсти в расправе телесной.

Только стали они всех подряд убивать,

А за что и про что - неизвестно!

Шесть убитых лежат,

Руки нервно дрожат,

А знакомую взяли - связали:

«Будешь Бога молить,

Будешь всех хоронить», -

Так они ей, собаки, сказали.

 Но не кончилось тем:

Из окна ровно в семь

Пули в мирных людей засвистели.

Автоматы строчат,

Люди в страхе кричат:

«Что ж вы, сволочи, так озверели?»

 А они еще пуще стреляют в упор

На восток, и на юг, и на запад.

И забраться никак невозможно в тот дом

Ни с крыльца, ни из детского сада.

 Надо трупы убрать,

Но стреляют опять -

Люди в панике скрылись куда-то.

А кругом тишина,

А кругом, как война,

Лишь одни говорят автоматы.

 Продержались они на своей «высоте»

Пять часов, а, быть может, и дольше.

А убитых и раненых было везде,

Может, сорок, а может, и больше.

 Тут приехала рота таких же солдат,

А они что - да тоже боятся.

«Эй, давайте кончать, - в мегафоны кричат,

- Предлагаем обоим вам сдаться».

Тут в квартире скандал:

Кто-то что-то сказал,

И один убивает другого.

Но оставшийся кое-как сообразил:

Самому ведь туда же дорога.

 По вокзалу последнюю очередь дал

И швырнул автомат с пистолетом.

Через десять минут

Его сверху ведут,

В милицейскую форму одетым

 Налетела толпа,

До чего же глупа -

Кто же выдаст преступника в руки?

Да и толку-то что,

Ведь убитых ничто

Не заменит. Ни пытки, ни муки.

 Увезли подлеца.

Мы не знаем конца,

И начала мы тоже не знали -

Почему в этот раз

В неожиданный час

Под обстрел люди наши попали?

 Если б сказка была

Про козла и осла,

Мы б мораль вам в конце прочитали.

Но поскольку сейчас

Был правдивым рассказ,

Обойдемся, друзья, без морали

 Для города семидесятых песня и вовсе едва не обрела статус культовой, просто так не смогла выбраться из подполья. Ее текст с документальной точностью пересказывал сентябрьский расстрел 1968 года на Привокзальной площади, учиненный двумя солдатами, сбежавшими из части под Курском. Об этих трагических событиях в эфире радиостанции «Голос Америки» было заявлено как о теракте в Советском Союзе. Сообщалось, что была убита семья коммунистов. Но масштаб трагедии был куда больше: 14 убитых, 17 раненых случайных прохожих. Это уже в наше время о тех событиях были написаны огромные газетные материалы, НТВ в цикле «Следствие вели…» сняло документальный фильм с участием Леонида Каневского: «Бои на улицах Курска… ЧП государственного масштаба… Первая в истории СССР операция по ликвидации террористов…» И все это о двух отморозках, которые проникли в квартиру знакомой женщины и, тем не менее, вырезали всю ее спящую семью, включая двух детей. Наутро, дожидаясь штурма забаррикадированной квартиры, они открыли прицельный огонь по прохожим из окон - терять было нечего. Но в то время ни радио, ни газеты не могли рассказать не то что о дерзком бандитизме советских воинов, нельзя было сознаться даже в факте дезертирства. Эта история пересказывалась лишь из уст в уста, да была еще, пожалуй, буквально запротоколирована в стихотворной форме «Курскими соловьями».

Автор этих строк и поныне живет и здравствует в Курске, а неувядающей жизненной энергии незрячего пенсионера можно только позавидовать. Чего только стоит утренний звонок [.com] в его квартиру и милый женский голос на том конце трубки: «А Ивана Ивановича нет, он будет только после семи вечера».

- Так получилось, что мой друг работал в 1968 году на «Счетмаше», и, когда случилось это происшествие, он как раз шел на смену к семи утра, - делится воспоминаниями с [.com] Иван Иванович. - Об увиденном он рассказал мне в тот же день. История настолько меня потрясла, что я не мог заснуть всю ночь.

К утру молодым преподавателем песня была уже написана.

- Мне тогда было 25 лет, и с ребятами я еще общался достаточно неформально, - продолжает собеседник [.com], - я пришел к ним в общежитие, пересказал историю и напел сочиненное. Они сразу же подхватили мелодию и записали песню.

«Курские соловьи» тогда в училище еще не собрались, но подпольный «магнитофоноиздат» уже набирал обороты. Пленка пошла в народ и скоро всплыла в компетентных органах.

- Ой, что я пережил, - говорит автор песни, - меня таскали на допросы, вызывали в милицию. Педсовет училища единогласно исключил меня из состава преподавателей. Но с работы меня не выгнали. Тогда у нас директором был Петр Михайлович Решетилов, мой наставник по специальности, который единственный осмелился взять меня на поруки. Он сказал, что парень еще молодой, оступился. Но вместе с тем талантливый -у нас как раз накануне состоялся большой концерт, который я с успехом провел... До сих пор ему признателен, что отделался тогда строгим выговором. Бумажка с этим решением у нас в вестибюле еще два года потом висела.

Но самое страшное, кончено, Ивана Холявченко ждало на допросах. Следователь на полном серьезе посоветовал инвалиду готовиться к тюрьме.

- Наконец, уже в шестьдесят девятом году в милиции, говоря медицинскими терминами, собрался по моему вопросу целый консилиум, - продолжает Иван Иванович. - Я пришел туда в холодной испарине, ни жив ни мертв... И я до сих пор не знаю, кем был этот человек, какова его судьба, я никогда больше с ним не встречался... Его звали Михаил Николаевич Романов, и именно он мне тогда сказал: «Парень, ты молодец. Ты ничего в песне не переврал, все так и было. Живи спокойно. И ничего не бойся». Я ему всегда буду благодарен.

Эта песня наделала шума и позже, уже в исполнении «Курских соловьев», которые записали несколько сочинений Ивана Холявченко. Но преследований за нее уже не последовало.

Впрочем, скоро и преследовать было уже некого. В 1974 году ансамбль распался уже по вполне житейским причинам. Ребята окончили училище и разъехались по своим городам.

 

фото Александра Михеля

 Наш немецкий соловей

Доля незрячих музыкантов в России, увы, незавидна. Как правило, ребята с дипломом отправляются по домам, где, в лучшем случае, устраиваются в специализированные заведения для слепых. Вернувшись в 1974 году на Алтай, Александр Михель работу нашел не сразу. Пробовал искать место даже в Казахстане, пока, наконец, не получил на родине приглашение в Рубцовск, в учебно-производственное предприятие Всероссийского общества слепых на должность руководителя ансамбля. Потом ему доверили и духовой оркестр. Но Александру было неуютно под пронафталиненным покрывалом советского масскульта, и чуть позже на базе предприятия он создает коллективы посовременнее - ВИА "Молодые сердца" и женский вокальный ансамбль "Мечта". Осторожное начальство такие стиляжьи выкрутасы долго терпеть не стало, и скоро Александр вместе с женой купили аппаратуру и организовали новый ансамбль "Продолжение", прославивший супругов на весь край. И хотя чуть позже музыкант вновь вернулся в клуб предприятия Всероссийского общества слепых, хотя чуть позже ему предложили новую работу в ДК тракторостроителей, с этого времени жена стала для него не просто верной спутницей, не только музой, но и коллегой. Сперва супруги начали подрабатывать на свадьбах - она тамадой, он аккомпанировал на баяне. Потом объездили с концертами всю Сибирь.

 фото Александра Михеля

В том, что в его жизни появился любимый человек, Александр и поныне благодарит свою музыку. Сначала Валентина полюбила его песни. Потом и его самого. Случилось это в санатории, куда приезжал ансамбль общества слепых с концертами, и где отдыхала к тому времени уже состоявшаяся солистка краевой филармонии. Услышав музыканта, зрительница не удержалась и, подойдя к сцене, стала подпевать ему из Градского: «Жил-был я... Стоит ли об этом?..». «Пойте еще, у вас такой приятный голос», - произнес тогда с эстрады артист. И как чуть позже признавался - понравились ему тогда не только чудные интонации, но и запах - это были модные по тем временам духи «Быть может». И пара спелась на долгие годы. Дочь Валентны - Ольга поддержала увлечение матери и даже настояла на переезде к отчиму. А чуть позже женщина ушла из филармонии, не только разделив с избранником жизнь, но и сцену. Вместе супруги объездили всю страну, а позже не раз выезжали на гастроли и в Германию. С падением СССР на историческую родину перебрались все ближайшие родственники Михеля. Сам Александр, незрячий музыкант, которого не раз приглашали немцы, которого соблазняли максимально комфортными для человека в таком положении условиями, тем не менее, остался. Почему? Говорят, тогда он ответил песней Анатолия Днепрова: «Остались в России и радость и грусть. Прописано сердце по адресу: Русь». И, кстати, друзья по-прежнему называют Александра Михеля «наш соловей». Добавляя теперь, правда, - «немецкий»,

 Трудности перевода

- У нас в колледже требования никак не меньше, а в каких-то областях даже се­рьезнее, чем, например, в музыкальном училище имени Свиридова. Помимо му­зыкальной грамматики, мы преодолева­ем трудности осязания, - рассказывает студентка Настя Матвеева.

Настя из Казахстана. Ее биография типичная для многих воспитанников колледжа история преодоления трудностей и поиска своего места в мире зрячих людей.

- Когда папа узнал, что я родилась без зрения, он начал пить и ушел из семьи, - поделилась с [.соm] Анастасия, - а через несколько лет он попал в аварию и сам оказался брошенным, не мог ходить и, по его рассказам, ощущал убивающее одиночество и безысходность.

Совершенно не имея зрения, она успешно занимается изучением иностранных языков. Обучаясь на отделении вокала, на концертах поет песни на английском языке. Ее главный совет - вкладывать силы в углубленное образование в какой-либо одной деятельности. Изучение языков для Анастасии - отличная перспектива стать переводчиком. Эта профессия востребована и дарит девушке перспективу обрести свое место в жизни. Найти работу по другим, если так можно выразиться, традиционным для слепых специальностям, - очень сложно. Их трудоустройство сегодня - практически нерешаемая проблема. Неподалеку от железнодорожной больницы есть целый микрорайон проживания незрячих, которые когда-то работали на расположенном здесь же специализированном предприятии ВОС. Собирали какие-то мелкие детали, розетки... Сегодня эта мастерская переживает трудные времена и прокормить своих работников не в силах. Как выход, незрячие сотрудники плетут на продажу макраме, вяжут. Все какая-то копеечка, и, главное, еще один смысл для жизни.

 Поющие в темноте

 Сегодня в Курском музыкальном колледже слепых образовано несколько ансамблей. Их организацией занимается прекрасная пианистка Елена Кухаренко. Она сама пишет и аранжирует песни. Лена родилась совершенно здоровым ребенком. Но в 7 лет получила травму, играя на старой детской площадке, которую уже должны были снести из-за аварийности. Сразу после травмы еще можно было спасти зрение, но из-за ошибок медиков Лена постепенно его потеряла полностью. В колледже она учится на отлично, получила множество дипломов в рамках конкурсов музыкантов, заняла первое место в соревнованиях по теннебилю - разновидности настольного тенниса для незрячих. Как рассказала [.com] Елена, в школе у нее были проблемы с предвзятым отношением к ней ровесников, но жизнь показала, что многие из них сейчас занимают гораздо более неудачное положение, чем она.

Моя семья

 Курский музыкальный колледж-интернат для слепых стал настоящей гаванью, пристанищем для незрячих не только Курска, но и многих других уголков страны. Настоящее государство в государстве, целый мир, в котором они находят понимание и поддержку таких же людей, как они. Немудрено, что вчерашние воспитанники остаются здесь преподавать, здесь растут целые педагогические династии, заводят семьи и воспитанники, и преподаватели, а порой - преподаватели с воспитанниками Гульнара Джунусова, невидящая с рождения, на фестивале «Мы можем все» в 90-м году встретила свою судьбу - Рената Маратовича Джунусова, который, тоже будучи слепым, в то время уже преподавал в Курском музыкальном колледже. После этой встречи они некоторое время переписывались, а на день рождения Ренат Маратович неожиданно позвонил Гульнаре, и эти теплые поздравления стали началом их романа. Из Архангельской области Гульнара переехала в Курск, чтобы учиться на отделении академического вокала. Скоро Ренат и Гульнара сыграли свадьбу. Чуть позже, к радости супругов, у них родился абсолютно здоровый малыш с нормальным зрением.

 Когда Стиви Уандер кажется младенцем

 Как «музыкальный фотограф», запомнился преподавателям выпускник колледжа Рафиль Минеев. Он имеет уникальную музыкальную память.

- Был случай, когда Рафиль поспорил с друзьями, что, один раз прослушав композицию, тут же ее сыграет на пианино. И ведь повторил же точно, как оригинал, - делится воспоминаниями с [.сот] директор колледжа Станислав Попков. - Но Рафиль был самоучкой и ленился познавать нотную грамоту, так он упустил большие перспективы. И все же талант был выше стандарта, и на концертах Рафиль держал зрителей просто в состоянии фурора.

В Курске он выступал со своей рок-группой практически на всех больших площадках. В свое время его концерты собирали публику даже в огромном зале цирка. Ребята играли сложные рок-стандарты, периодически ра­довали и своими сочинениями. Ему прочили большое будущее, именно его музыка стала в свое время заставкой для телепередачи «Час пик» на ОРТ. С ним занимался Леонид Винцкевич, но фамилию Минеева мы так и не услышали с большой сцены. Парень вернулся на родину, в Свердловскую область. Там он женился, обзавелся двумя детьми и зажил тихой семейной жизнью. А ведь Стиви Уандер казался по сравнению с ним младенцем.

 

 фото Евгения Койнова

Мой друг – художник и поэт.

 Люди, у которых отсутствует зрение, имеют общий менталитет. При формировании нравственного фундамента у слепых нет возможности приобретать такие качества, как зависть, предательство, дедовщина, - просто потому, что не видно моды, не ограничивается возраст, не чувствуется иерархия. Эти люди ищут возможность, чтобы заниматься делом, а не причину, чтобы отказаться от него. И таланты здесь растут не только на благодатной музыкальной почве - иногда они проявляются, кажется, вопреки беде.

        

У студента второго курса вокального отделения Евгения Койнова III группа инвалидности по зрению. Но, как выяснилось, он видит достаточно хорошо, чтобы писать прекрасные портреты. Однако удивительно не только это. У него больные ноги, и, наконец, главное - Женя перенес более десяти операций на кистях рук.

на фото рисунок Евгения КойноваВсе это не помешало стать ему талантливым художником, в ближайшее время планируется выставка его картин в галерее «АЯ».на фото рисунок Евгения Койнова

Женя приехал в колледж из Челябинской области, где учился в школе-интернате. На его долю выпали не только болезни, но и семейная драма. Так случилось, что маме сказали: я умер при родах, подписали ложные документы, поделился с [.соm] своей историей Евгений. - Мама, как объясняли врачи, была в депрессивном состоянии после родов и измены отца. И я рос в интернате. А когда повзрослел, попытался найти родителей, оказалось у меня еще есть 5 сестер. С одной из них я иногда переписываюсь. Когда будет возможность, я хотел бы с ними увидеться. Сейчас на каникулах я езжу к своей крестной маме. Она мне очень помогает, за что ей спасибо.

Для Евгения сегодня только колледж родной дом, Навестить родных возможности нет.

Дело даже не в том, что дорога парню не по карману. Жене необходимо еще и сопровождение, ведь из-за травмы он не может свободно ходить. И творчество стало для него настоящей отдушиной: кроме картин, он пишет стихи и прозу. И делает это не менее талантливо.

 

фото Гульнары Каримовой

Незнакомка для Серова.

 Гульнара Каримова. Полная тезка дочери президента Узбекистана. Выпускница колледжа для слепых с ослепительно светлыми волосами, которая играет на саксофоне. Ее жизнь - это музыка. Песню Гульнары исполняет Серов. Но для него она - ускользающая незнакомка, загадочная поклонница. А все началось символично, с увлечения саксофоном.

- К музыке я тянулась с самого детства, - рассказала Гульнара, - в шесть лет пела для врачей больницы «Миллион алых роз». А лежала в больнице с простудой! Я хотела стать только музыкантом. Но у меня недостаток зрения, я инвалид II группы. Поэтому в своем родном городе, в Тюмени, я учиться не смогла. Меня направили в Курск, в единственное в России училище для слепых. Хотела учиться по классу саксофона, но пришлось идти на дирижерское - у меня не было инструмента. Но я занималась на любимом инструменте факультативно. Интересовалась великими саксофонистами, узнавала, с чего они начинали может быть, и я с этого начинаю? Серов ведь тоже саксофонист. И его творчество стало для меня самым близким. Я собрала все его песни, а также песни, которые он любит. Каждый год, в день его рождения, я посылала ему поздравление. И подписывалась просто: «Гуля из Курска».

Однажды зимним вечером Гульнара сидела за фортепиано:

- Мне было как-то грустно, а в этом настроении у меня получается написать музыку лучше всего. И вот так просто сочинила музыку к одному из стихотворений курского поэта, своего преподавателя литературы Вячеслава Нарыкова. Спела для друзей, и им понравилось. А потом началась кропотливая работа над музыкой. Потом сделали сведение - записали фонограмму и мой голос вместе. Во всем мне помогли мои друзья и знакомые музыканты. Они знали, что я увлекаюсь творчеством Серова, и к скорому его дню рождения уже приготовили подарок: кассету с записью его любимых песен. И друзья предложили мне записать к ним и мою песню. Так мы и сделали.

Через некоторое время Гуля гостила в Москве у знакомых. Отыскала радиостанцию «Маяк», на волнах которой услышала обращение Серова передавать ему письма и записи, и принесла ведущей той самой передачи свою кассету для музыканта. И думала, что на этом история закончилась. И каково же было удивление Гульнары, когда она узнала, что Серов взял эту песню в свой репертуар!

- Я познакомилась с педагогом по вокалу Антониной Ивановной Перфильевой и стала заниматься в ее кружке во Дворце пионеров. Как-то спела Антонине Ивановне ту самую песню. Песня показалась ей знакомой: «Постой, Гульнара, я ее уже где-то слышала». И вспомнила, где.

Я смотрела передачу про Серова, - рассказала Антонина Ивановна. - Он спел эту песню - «Уходит, втягиваясь в ночь» и рассказал, что ее прислала Гульнара из Курска. Певец выразил сожаление, что девушка не оставила своего обратного адреса.

Антонина Ивановна Перфильева - один из лучших преподавателей по вокалу в Курске.

Именно она, руководитель дворцовской студии «Сверчок», вывела сестер Толмачевых на уровень «Евровидения». И именно она работала в свое время с Гульнарой Каримовой.

- Когда Гуля выступала на концертах, было страшно, что упадет со сцены. Возможности ее зрения позволяли только различать силуэты, но она всегда заботилась о своих друзьях, которые не видели совсем, - воспоминает Антонина Ивановна. - Знаю ее и как талантливого композитора.

Сегодня она еще и без пяти минут профессиональный саксофонист. В этом году Гульнара Каримова оканчивает Московский институт искусств.

 - Я рада за нее, это была ее большая мечта, • продолжает Антонина Перфильева. - В Курске у нее не было своего инструмента, и вообще, условия жизни были тяжелые, приходилось играть в переходах, занималась рукоделием - зарабатывала, как могла. Надеюсь, что теперь талант Гульнары будет востребован.   

 

 

 

 
Интересная статья? Поделись ей с другими:
Сообщения чата
Имя

Авторизация



Кто на сайте?

Сейчас на сайте находятся:
 13 гостей 
Просмотрено статей : 6008498
Индекс цитирования
Оценка качества сайта